Сажин Александр Вячеславович
заведующий кафедрой, доктор медицинских наук, профессор. Окончил Рязанский медицинский государственный университет им. акад. И.П. Павлова по специальности лечебное дело.
По окончании университета работал врачом — хирургом, а затем заведующим хирургическим отделением Новомосковской городской клинической больницы Тульской области. С 2002 года работает на кафедре общей хирургии педиатрического факультета  в должности доцента; с 2006 года в должности профессора; с 2007 года в должности заведующего кафедрой.
Кандидатская диссертация: «Принципы дифференцированного подхода к выбору лапароскопических вмешательств в лечении осложненной желчнокаменной болезни» 1999г. (научный руководитель — академик РАМН, профессор Виктор Кузьмич Гостищев).
Докторская диссертация: «Эндоскопическая хирургия оперированного живота», 2006г (научные консультанты: профессор Чадаев Алексей Павлович, профессор Фёдоров Андрей Владимирович)
Сертифицирован по следующим специальностям: «Хирургия», «Эндоскопия», «Онкология», «Колопроктология», «Ультразвуковая диагностика».
Основные направления деятельности: с начала своей практической работы является сторонником и активным участником внедрения малоинвазивных операций в повседневную хирургическую практику. Владеет широким спектром оперативных вмешательств на органах брюшной полости и забрюшинного пространства, преимущественно лапароскопическим доступом. Является заместителем председателя Московского общества хирургов, Генеральным секретарем Российского общества эндоскопических хирургов, Членом правления Российского общества хирургов, членом Аттестационной комиссии МЗ России по хирургии, Членом Экспертного Совета ВАК по специальности «Хирургия».

Sykhodolskiy-3972

Александр Вячеславович, Вы из врачебной семьи, у вас настоящая семейная медицинская династия. Вы сами решили стать врачом? Почему именно медицина?

Изначально я собирался быть военным. Занимался спортом, собирался поступать в военно-воздушное десантное училище, я родился в Рязани. Но в 1987 году, когда мне исполнилось 14 лет, отец предложил мне поработать санитаром в операционном блоке, с чего и начался мой медицинский стаж. Два года этой работы дали мне понять, что есть медицина и что я точно стану врачом, а именно хирургом.

Вы не жалеете о выбранном пути?

Ни сколько. Никогда не жалел. Дело в том, что у меня была возможность на себе опробовать профессию десантника — после 4 курса института были военные сборы в учебном центре ВДВ. Тогда я понял, что это совершенно не мое и еще раз убедился, что сделал правильный выбор.

У Вас с самого начала медицинского пути была цель стать хирургом?

Да, у меня никогда не было колебаний. Мне нравилась биохимия, нравилась кардиология, но как-то повелось, да и вся группа была уверена, что я стану хирургом. На 5 курсе появилась возможность оперировать животных и тогда выбор был сделан окончательно.


Когда состоялось Ваше первое знакомство с хирургией?

Их было несколько, и они складывались из некоторых этапов. В первый рабочий день санитаром, операционные сестры пугали меня, что может закружиться голова, могу потерять сознание, поэтому сначала я выглядывал из-за кулис, затем потихоньку начал приобщаться. Работая санитаром, я уже понимал, что такое операция. Позже, придя на кафедры нормальной, а затем топографической анатомии и оперативной хирургии, осознанно подходишь к операциям, когда понимаешь что отрезается, что с чем сшивается. Тогда я начал понимать что оперировали и что я видел, когда был санитаром. В последующем, это уже практика: первая операция на животных на 5 курсе. Ну и самое яркое воспоминание – первая операция – аппендэктомия. На летних каникулах после 5 курса я пришел к отцу на дежурство в Новомосковскую больницу, где я выполнил первую аппендэктомию, конечно же не без помощи отца. До сих пор помню фамилию пациента, помню, как он выглядел. Через несколько недель я провел вторую такую же операцию, но уже с помощью своего наставника, преподавателя по хирургии в Рязанском медицинском институте Сергея Васильевича Тарасенко. Это очень волнительно и запоминается на всю жизнь, потому что вся ответственность за больного полностью лежит на тебе.

Sykhodolskiy-3974

Александр Вячеславович, а в университете вы были отличником? Вам легко давалось обучение?

Нет, у меня были и тройки. Несколько троек, но мне было легко учиться, очень нравилось. Получилось так, что ординатуру мне предлагали, и одновременно предлагали остаться в больнице СМП, на кафедре госпитальной хирургии в Рязани, но все-таки я желал видеть в своих учителях своего отца. Который на тот момент был доктором медицинских наук, главным врачом, и уже стал заведующим кафедрой хирургии, к тому же он развивал новое направление в хирургии, очень перспективное, как мне казалось, и что полностью подтвердилось в последующем — это лапароскопическая хирургия. Поэтому я уехал в город Новомосковск и 8 лет проработал в Новомосковской больнице.

Я занимался хирургией, мы притягивали малоинвазивный компонент в общую хирургию. Это была модернизация всей хирургии — внесение лапароскопических методов.

8 лет я проработал в больнице, а потом поступил на кафедру хирургии РНИМУ им. Н. И. Пирогова в 1997 году.

Поступил я в заочную аспирантуру, которую проходил под руководством академика В.К. Гостищева. Это не требовало моего постоянного присутствия в Москве, я работал врачом в Новомосковской больнице, писал диссертацию, периодически приезжал в Московскую клинику, и в конечном итоге в 1999 году я защитил кандидатскую диссертацию, посвященную лапароскопической хирургии в осложнении желчекаменной болезни. В Новомосковской больнице я работал 6 лет врачом и 2 года заведующим хирургического отделения. Опыт получил колоссальный, были большие потоки пациентов, хирург утром приходил, делал обход, после которого на целый день уходил в операционную.

5

Расскажите, пожалуйста, о самом запоминающемся моменте, уникальном случае, который был в вашей практике.

Самое запоминающееся в медицинской практике — когда ты уже можешь повышать уровень больницы, в которой работаешь. В 1997 году я учился во Франции, в центре, где обучали лапароскопии. Когда ты видишь, в течение нескольких дней как красиво выполняются операции, как ты мог бы делать это в своей клинике, возникает определенное профессиональное желание, которое ты хочешь тут же реализовать. У нас была такая возможность, потому что уже были такие инструменты, были такие пациенты. Я помню, как проходило первое ушивание прободной язвы. То есть то, что мы во Франции отрабатывали на животных, на тренажерах, мы тут же смогли реализовать на своих больных. Это приносило очень большое удовлетворение, от того, что ты новые мировые технологии привез к своему больному, в свою страну и тут же можешь их реализовать. Это очень важно. Не смотря на все экономические трудности 90-х годов, это были очень позитивные моменты, это была своеобразная революция малоинвазивной хирургии, и нам удалось поучаствовать в ней. Второй момент схожий, когда получаешь знания немного другого рода. Когда я учился в институте хирургии им. А.В. Вишневского, видел операции на печени, поджелудочной железе. Я помню свою первую  панкреатодуоденальную резекцию, провел ее в Новомосковске, в своей больнице. Проходила она достаточно штатно. Опыт, который был получен в крупных медицинских центрах, позволяет лечить в своем родном регионе, в своей родной больнице самым лучшим образом.

Александр Вячеславович, вы очень много говорили об опыте, который Вы получили в Новомосковской больнице. Вы сразу не поехали в Москву, как делают очень многие врачи сейчас. Как правильно поступить молодому врачу сейчас? Получать опыт в регионе или ехать учиться в большой федеральный центр? 

Этот вопрос для кого-то будет казаться непростым, но не для меня. Об этом свидетельствует опыт из зарубежных стран, ведь в США резидентура не подразумевает постоянное присутствие резидента на одном месте. Сначала он находится в обычной городской больнице, затем в каком-нибудь центре трансплантации, далее в другом направлении и таким образом за 5 лет он бывает в нескольких крупных стационарах в различных регионах США. У нас раньше это приветствовалось. Было распределение и люди уезжали туда, куда их направляли, а не куда они хотят сами. Только отличники имели право выбора места работы. Я считаю, сейчас любому пошла бы на пользу работа в ЦРБ любого региона, в том числе Московской области, потому что там есть дефицит кадров, там есть большие потоки больных, где хирург получит первичные навыки, несомненно. Есть маленькая загвоздка — если человек сразу решил стать кардиохирургом, то у него не будет возможности в регионе получить такой опыт, но хирургия — искусство Врач должен уметь разрезать и сшивать ткани, при этом хорошо знать анатомию и ориентироваться в современных методах лечения. Что касается мануального аспекта шить, рассекать, то в регионах при помощи операций на флегмонах, абсцессах, аппендицитах, ножевых ранениях, холециститах, прободных язвах, многих других, можно очень хорошо набить руку. При этом врач получит сертификат общего хирурга, который в  последующей жизни обязательно пригодится как кардиохирургу, так и трансплантологу. Я считаю, что человек должен обязательно уехать в регион, а уже потом по мере достижения результатов стремиться в какие-то большие центры.

4

А что с Вашей точки зрения лучше: студентов учат научные сотрудники, специально выделенные в больницах или практикующие врачи?

Ни в коем случае, мы так не считаем. На кафедре общей хирургии такого никогда не происходило. Наш принцип — кафедра не должна быть в стороне от лечебного процесса. Если хирург хочет преподавать хирургию, он должен разбираться в ней, находится в ней, быть в нее посвящен. Только тогда он имеет право преподавать свой предмет, как и любой клиницист. С фундаментальными науками в медицинских университетах может быть по-другому, преподаватель может подготовиться к предмету, заведомо получив медицинское или биологическое образование, может прочитать тему и ее преподать. В хирургии этого быть не может. Мы так же по программе готовимся к теме, но мы должны показать студенту что такое хирургия, что такое операция, какой принцип лечения, показать хирургические инструменты. Это должно быть эстетично, чтобы не отвратить студента от своей специальности, а наоборот привлечь его к себе. Только в этом случае преподавание будет хорошим.

После окончания ординатуры очень много молодых врачей хотят получать сразу большие деньги, многие женятся и говорят, что хирургией много не заработаешь. Это так?

Вопрос актуальный. Все дело в том, что если ты хочешь стать профессионалом в хирургии, то на первые пять лет придется забыть и о деньгах, и о семье. Основным местом обитания будет больница. Чем больше ты находишься в ней, тем больше тебе будут доверять: ты больше узнаешь об операциях, узнаешь как писать историю болезни, как общаться с пациентами, с персоналом, знакомишься со смежными службами, т.е. с лаборатоией, приемными отделениями, рентгенологическими отделениями, эндоскопией, ты быстрее вливаешься в жизнь коллектива, а значит скорее начинаешь расти, быстрее становишься профессионалом и, конечно больше находишься у операционного стола и постели больного. Все это предстоит в ближайшие 5 лет. Если у тебя есть жена и ребенок, то жене нужно объяснить, настроить на это. Безусловно, если ты находишься постоянно в больнице, тем быстрее тебе предлагают возможность дежурить, а когда начинаешь дежурить — это уже какие-то деньги, ты уже что-то начинаешь приносить в семью.

Я женился на 5 курсе, через полтора года у нас родилась дочь. К сожалению, вся ответственность по воспитанию, по выращиванию легла полностью на жену, но она была на это согласна, за что я ей очень благодарен. Жена у меня тоже врач, сейчас она заведующая отделением неврологии. Дочка пошла по моим стопам, но пока она студентка медицинского университета, но я на этом не настаивал.

Вы наверняка слышали о синдроме выгорания. Бывали ли у вас такие ситуации, когда хотелось передохнуть, остановиться?

Нет, у меня такого не было. Я могу предположить, что такие ситуации случаются. Скорее всего, это связано с несоответствием ожидаемого достатка от работы с фактическим, потому что, к сожалению, зарплаты врачей не сопоставимы с зарплатой врачей развитых стран.

Александр Вячеславович, Вы проделали большой путь, начиная с 14-летнего возраста работали санитаром, после медицинского университета работали хирургом, теперь вы заведующий кафедрой общей хирургии педиатрического факультета РНИМУ им. Пирогова, член президиума Российского Общества Хирургов, у Вас большой опыт, скажите пожалуйста, как Вы считаете, к чему стремится медицина, чего мы достигли, смотря на нынешнее положение дел в ней? Достигли ли мы результатов мирового уровня или, как выражаются некоторые врачи, медицина находится на уровне каменного века?

Сложный вопрос, конечно, но то, что мы находимся не в каменном веке, это однозначно. У нас есть лидеры в направлениях, и они развивают свои направления до достаточно высокого уровня. Но, к сожалению, мы пока не достигли тех результатов, которые имеются в развитых странах. Основа успеха в лечении больного в хирургии – когда у тебя большой поток пациентов, ты проводишь много операций и проводишь их однотипно – из-за этого у тебя наилучшие результаты. Если в наших показателях чего-то нет, это не потому что у нас плохие руки, а потому что что-то еще не организовано. У нас есть opinion-лидеры, которые пока не распространили свое влияние из-за отсутствия каких-либо административных ресурсов, из-за разных причин, и в целом такой системы как в развитых странах у нас нет на сегодняшний день. У нас операции в разных больницах проводятся по-своему, а нужно их делать так, как делают в 2-3 центрах, хирург должен проводить не менее 100 операций в год и делать их однотипно, подобным образом, который не приносит осложнений, а приносит наилучшие результаты. Фактически – стандартизация техники проведений операций.

Как Вы знаете с 2017 года будет проведена реформа здравоохранения, обучающиеся переведены на 2-ой стандарт, то есть сменился план подготовки обучающихся, отменяется интернатура, проводится стандартизация подготовки врачей всех специальностей, вводят стандарты лечения различных заболеваний, с Вашей точки зрения такой подход правильный?

Да, я думаю, это правильно. Этот подход приближен к тому, как готовят во всем мире. Не может человек проучиться год в интернатуре, а потом сразу нести полную ответственность за лечение больных. Фактически происходит не так, фактически ты все равно еще 3-4 года находишься под крылом заведующего отделения, лечащего врача.

6

 

Часто мы сталкиваемся с позицией, когда стандартизация может привести к смерти классической медицины, когда врач может привнести что-то новое самостоятельно, когда он может в экстренной ситуации принять нестандартное решение, которое может спасти жизнь больному, и какие могут быть стандарты, когда все люди разные. Как быть, когда нескольким разным крупным центрам, которые лечат по своей школе, приходится перестраиваться под стандарты?

Все ведущие центры ориентируются на статьи и рекомендации, которые основаны на англоязычной доказательной медицине — англоязычная база данных, тот же PubMed, которая собирает статьи со всего мира: из Китая, Японии, Южной Америки и т.д. Стекается информация для объединения в мед анализы, из которых получается окончательный ответ на вопрос как лечить. Там создаются рекомендации (guidelines), где каждому положению по диагностике и лечению присваивается уровень доказательности и это всего лишь рекомендации. Если у нас возникает необходимость отступить от стандартного хода операции или же для того, чтобы уйти из сложного положения в нестандартной ситуации, врач может это сделать. Но в целом болезни лечатся очень схоже, поэтому рекомендации очень содержательны, включая редкие  и казуистические ситуации. Стандартизация лечения – это рекомендации, основанные на доказательной медицине. Но, повторюсь, это не означает, что мы должны следовать строго по одному и тому же плану и не можем импровизировать.

Вы достаточно давно преподаете на кафедре, Вы можете посмотреть, как со временем менялись студенты, которые к Вам приходили, с разным уровнем и этапами подготовки, очень многое зависит  и от стандартов подготовки. На Ваш взгляд на сколько активно развивается хирургия и что можно и нужно было бы применять в плане подготовки будущих хирургов?

По поводу студентов, которые приходят к нам – в последние годы есть отличия, по всей вероятности, это связано с более качественным отбором в университет. Студенты более старательны, более теоретически подготовлены. В качестве подготовки студентов – все в последнее время увлеклись тестами, я считаю, что теоретический аспект, т.е. устный экзамен, должен быть, мы должны видеть, как может общаться, разговаривать врач, излагать свою позицию. Скорее всего, в ближайшее время мы на кафедре будем возвращаться к теоретическому экзамену. Что касается подготовки хирургов, я считаю, необходим симуляционный компонент, т.е. виртуальный тренажер. Для врача-хирурга это игрушка, на которой можно выполнять любые операции. Для студента, который собирается только начать выполнять операцию на живой ткани, необходим симулятор, на котором можно пошить ткани, наложить клипсы, провести операцию. Следующий этап – студент должен научиться шить на тканях биологических комплексов, я считаю, это неотъемлемый компонент, потому что в моей подготовке это было и мне это помогло в моей работе. Далее многое уже зависит от самого человека, на сколько он готов  посвятить себя в профессиональную жизнь. Самый важный компонент – непрерывное образование в последующем. Образование врача не заканчивается после университета. Наша специальность подразумевает постоянное обновление знаний, поэтому, чем больше мы читаем не только на родном языке, но и на интернациональном, а в современном мире это английский, тем больший успех нас ждет.

Как вы относитесь к реформе 2017 года, когда все врачи должны будут проходить лицензирование, набирать определенное количество баллов?

Нормально. Это и есть непрерывное медицинское образование. И оно будет обязательным. Накопление баллов будет обязывать врача приходить на те или иные конференции, посещать мастер-классы, съезды, конгрессы, после чего он и сможет получить сертификат.

Когда проводятся какие-либо профессиональные реформы, с вами как с обществом хирургов России МинЗдрав консультируется?

Да. Общество хирургов участвует в разработке стандартов, клинических рекомендаций, реформ, которые представляются МинЗдравом в последующем.

Как Вы видите будущее медицины более радужным или печальным?

Конечно более радужным. А почему я должен видеть его печальным? У нас министр здравоохранения – человек, который абсолютно четко разбирается в своей профессии. Скворцова Вероника Игоревна эксперт мирового уровня в сосудистой неврологии, блестяще говорит по-английски, проводила международные конференции, приглашала зарубежных врачей, общается с ними на равных. По всей видимости, это и привело ее к этой должности. Она прекрасно знает как должно быть в «правильно» в медицине. Другое дело, есть немного сдерживающие обстоятельства, например, недостаточное финансирование: во всех странах процент ВВП, который идет на здравоохранение, намного выше, чем в России (2,6%). Конечно, здравоохранению нужно уделять больше внимания и средств, чем это делается сейчас. Надеюсь, что в будущем это непременно произойдет.

Александр Вячеславович, Вы видите себя в будущем в какой-нибудь административной должности? Меньше в медицине, больше в организации здравоохранения?

Я – хирург. Должность заведующий кафедрой предусматривает определенную ответственность. В будущем возможно и мог бы согласиться на административную должность, только если она не отлучит меня от хирургии. Однако, на данный момент меня в моей жизни все вполне устраивает.

Имея большую загруженность, достигнув высокого уровня, удается ли саморазвиваться? Из последнего чему удалось научиться?

Конечно, постоянно. В декабре 2015 года обучался по хирургии рака желудка в Японии в национальном центре рака. Эта поездка произвела неизгладимое впечатление!

все
Александр Вячеславович, какие Ваши пожелания и напутствия студентам, будущим врачам, хирургам?

Студентам желаю закончить медицинский институт с максимальным багажом знаний, собрав их как можно больше и как можно меньше растеряв к тому моменту, когда вы станете врачом. При этом не забывайте о личной жизни, потому что студенческое время – это лучшее время в жизни! Те, кто уже закончил институт, должны понять, что врач — это не просто профессия, а образ жизни, поэтому на ближайшие 5 лет необходимо забыть о своих материальных благах, возможно, забыть о семье и всецело посвятить себя специальности. Тогда, может быть удастся стать хорошим врачом, но необходимо помнить, что врач должен развиваться, самосовершенствоваться постоянно.

 

Интервью брали: Дмитрий Булетов и Мехтиева Карина.

Фото Съемка: Дмитрий Суходольский

Интервью с заведующим кафедрой хирургии РНИМУ Им. Пирогова д.м.н. профессором Сажиным Александром Вячеславовичем

Post navigation


Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Top